Hello World! I am page.php Формат =

1.3. Другие формы брачных отношений.

Парад невест. Глава 1.3. Другие формы брачных отношений. Сергей Недоруб.

Полтора века назад, когда Фридрих Энгельс, выполняя завещание своего друга Карла Маркса, работал над «Происхождением семьи», изучая исследования Моргана, существовало общепринятое мнение, что история развития брачных отношений знает только три формы этих отношений: единобрачие, многоженство одного мужчины и многомужество одной женщины, которым предшествовала общественная ступень с неупорядоченными половыми связями. Энгельс, основываясь на фактах, обнаруженных Морганом при изучении родственных отношений у американских индейцев и у коренных жителей Гавайских островов, поддерживает идею о том, что в истории человечества должен был существовать еще один период – группового брака, стоящего на ступеньку выше неупорядоченных половых отношений. Групповой брак мог существовать в первобытном состоянии, когда внутри племени господствовали неограниченные половые связи, так что каждая женщина принадлежала каждому мужчине и равным образом каждый мужчина — каждой женщине. Однако, в отличии от беспорядочных половых связей, в таком групповом браке кровосмешение уже не допускалось.

Спустя сотню лет после выводов и сомнений Моргана и Энгельса предположение о возможности существования группового брака подтвердились, знаменуя торжество идей классиков научного коммунизма! Постарались потомки викингов. Шведы смело сделали шаг далеко назад, возродив групповой брак под одноименным названием «шведская семья». Не удивительно, что это событие произошло в Швеции – стране самого развитого социализма. Действительно, социализм предполагает доминирование чувства общественной собственности над чувством личной собственности, подавляя, таким образом, чувство ревности, основанное на чувстве личной собственности. Теоретические гипотезы коммунистов конца 19-го, начала 20-го века были воплощены в практику в конце 60-х, начале 70-х годов прошлого столетия на волне всемирного движения хиппи под лозунгом «All you need is love!» [2].

Сегодня мы можем с радостью констатировать, что наши дни «расцвечены» полным спектром и брачных, и внебрачных отношений: от беспорядочных половых связей и шведской семьи до многоженства, многомужества и единобрачия. На любой вкус — кому что нравится.

В нашей стране доминирующим является единобрачие, в котором я и пытаюсь разобраться в этой книге, а заодно и поделиться своими открытиями и рекомендациями с читателем.

Что касается многоженства – оно признается в культуре мусульманских народов, но на практике встречается не так уж часто по двум причинам. Во-первых, содержание нескольких жен и многочисленного семейства, состоящего из детей, которых эти жены нарожают, требует высокого материального достатка и большинству мужчин в нашей стране (да и в большинстве мусульманских стран) это просто не по карману. Во-вторых, количество рождающихся мальчиков и количество рождающихся девочек примерно одинаково, что делает массовое распространение многоженства невозможным по чисто арифметическим причинам.

Многомужество – гораздо более редкое явление. Такие брачные отношения были описаны Морганом[2] на примере некоторых народов Индии и Тебета.

Развитие семьи шло в соответствии с развитием брачных отношений по пути последовательного устранения кровосмешения, то есть половых связей между предками и потомками, родителями и детьми (кровнородственная семья), а позднее и между единоутробными братьями и сестрами, и их потомками (пуналуальная семья).

Следующим этапом было появление парной семьи. Но и развитие парной семьи шло не так просто и однозначно, как нам может казаться сегодня. Параллельно с развитием института парного брака у разных народов сохранялись разные обычаи и законы – отголоски группового брака. Например, «вавилонские женщины должны были раз в год отдаваться мужчинам в храме Милитты; другие народы Передней Азии посылали своих девушек на целые годы в храм Анаитис, где они должны были предаваться свободной любви со своими избранниками, прежде чем получить право на вступление в брак; подобные обычаи, облечённые в религиозную оболочку, свойственны почти всем азиатским народам, живущим между Средиземным морем и Гангом»[1]. У многих других народов девушки пользовались абсолютной половой свободой до замужества, да и во время замужества внебрачные связи женщины не являлись абсолютным табу. Один путешественник в Бразилию в середине позапрошлого века описал посещение богатой семьи индейского происхождения (эти индейские племена в то время — да и сейчас, пожалуй — находились в стадии переходного периода от группового брака к парному). Он спросил у дочери, как дела у её отца, полагая, что муж её матери и есть её отец. «У неё нет отца», — совершенно спокойно ответила мать, — «она дитя случая». И такие «случаи» у индейских женщин скорее правило, чем исключение. У других народов – у авгилов (Северо-Восточная Ливия), у бареа (Эфиопия) — друзья, родные и гости жениха предъявляют право на невесту во время свадьбы, причем жених оказывается последним в очереди.

Далее, развитие парного брака шло в направлении формирования и признания моногамной парной семьи. Парная семья и моногамная парная семья – разные вещи. Моногамная семья подразумевает пожизненное единобрачие пары и исключает возможность одновременного сожительства женщины с несколькими мужьями и мужчины с несколькими женами. Моногамная семья устанавливает происхождение и наследование по отцовской линии. Такая семья создается с единственной целью – рождения детей, происхождение которых не должно подлежать сомнению, чтобы они могли быть законными наследниками имущества семьи. Как заметил Энгельс, мы мужчины, конечно же, хотели ввести моногамию только для женщин, оставляя за собой право не внебрачные половые связи. Но так, увы, не бывает.

Датой окончательного перехода к моногамной семье в её современном смысле в Европе, наверное, можно считать 1486-й год, год появления первого документа, защищающего право мужа на жену, подписанного Фердинандом Арагонским (Фердинандом Католиком – тем самым, который благодаря энтузиазму своей жены королевы Изабеллы финансировал проект Христофора Колумба):

«Мы постановляем и объявляем, что вышеупомянутые господа» (senyors, бароны) «…не имеют также права, когда крестьянин берет себе жену, спать с ней первую ночь, или, в знак своего владычества в свадебную ночь, когда жена ляжет в постель, переступить через эту постель и упомянутую женщину; вышеупомянутые господа не имеют также права требовать услуг от дочери или сына крестьянина против их воли, будь то за плату, или без платы».

Современная моногамная семья в России также образовалась не вчера и не тысячу лет назад, а в результате многовекового процесса развития и изменения брачных отношений от языческой патриархальной семьи, через влияние византийского церковного права, прозападных реформ Петра Первого, коммунистической морали советского периода и прочих иноземных влияний. Временами это превращалось в абсурдную гремучую смесь взаимоисключающих компонентов. Так известно, что вплоть до XVII века общество вполне терпимо относилось к добрачным и внебрачным связям, разрешая девицам и женам посещать весенне-летние «игрища», сохранившиеся с языческих времен. Право первой брачной ночи сохранялось вплоть до отмены крепостного права в 1861-м году (всего 150 лет назад). В то же самое время церковь проповедовала половое воздержание и умеренность, предписывая даже супругам воздерживаться от половых контактов ради удовольствия, считая их грехом, а единственным оправданием совокупления объявлялось деторождение. Пропасть между христианской моралью и житейской практикой была огромной. По мере усиления своей роли государство шаг за шагом отбирало у церкви право влияния на семейные отношения и регулирование брака. С приходом к власти коммунистов в 1917 году влияние церкви на семейно-брачные отношения было полностью устранено.

В современной России законным признается только парный моногамный брак, зарегистрированный соответствующим государственным учреждением (ЗАГСом) и регулируемый Семейным Кодексом РФ и Гражданским Кодексом РФ. В действительности же официальный парный брак представляет собой крайне неустойчивую систему, о чем свидетельствует огромное число разводов (54,5% в 2014-м году и более 80% в 2007 году) и крайне низкая рождаемость. Отношение к браку и семье представляет, на мой взгляд, мутный бульон из обывательского распутства, атеистической безответственности, бутафорских псевдо религиозных ритуалов, заправленный доброй порцией голливудских баек про проституток, превращающихся в добропорядочных жен миллионеров. Такая ситуация очень опасна, так как семья, понимаем мы это или нет, является фундаментом современного буржуазного государства. И развал этого фундамента ничего хорошего не сулит этому государству.